— Ну? — поинтересовались Санфар и Гельдр, усаживаясь посередине зала прямо на пол.
Тшех'ка попытался незаметно улизнуть из компании, но девушка ухватила его за рукав.
— Отпусти, — тихо попросил он, избегая смотреть ей в глаза.
— Ты думаешь, что я не понимаю, почему ты уходишь? Придётся учиться общаться заново. Тшех, тебе нужно находиться с другими, хочешь ты этого или нет. Ведь не будешь же ты удирать от посольских представительств, зная, что они лицемерят или льстят?
— Почему ты пытаешься вытащить меня из…, — принц неопределённо покрутил рукой в воздухе, — болота? Ведь это я тебе предлагал стать моей любовницей, а не кто-то другой. И тебя тогда очень задело моё предложение, я же хорошо это помню.
— Я не страдаю забывчивостью, — прямо взглянула ему в лицо девушка, — Но не позволю, чтобы ты пытался сломать своё будущее. Это не выход, постоянно убегать.
— Просто больше никому не хочу навязывать собственное общество, — вампир отвернулся, но двигаться к выходу перестал.
Сумеречник выложил на пол многогранную разноцветную пирамидку, высотой приблизительно в ладонь.
— Ну-с, у кого какие предположения? — в уголках его белёсых глаз пряталась усмешка.
Наследники одновременно размяли пальцы и кисти для сканирования, и прикрыли глаза. Сканирующий узор был почти физически ощущаем. Небольшая воздушная паутинка, с множеством висящих подвижных ниточек. Эти подвесочки легко шевелились, будто от тока воздуха, оглаживая артефакт.
Лена и Тшех'ка наблюдали за этим процессом издалека: она заинтересованно, он угрюмо отстранённо. Гримэр с удовлетворением смотрел, как два принца пытаются разобраться со структурой и заложенным плетением.
Наконец они шумно выдохнули и подняли глаза на мага. Тот вопросительно приподнял брови, ожидая ответа.
— Странный узор, — взглянув на демона, сказал Гельдр, — Артефакт предназначен для использования в помещении. Это совершенно точно. Но вот с назначением… Непонятная смесь: дождь, снег, горы, лес.
— Он каким-то образом связан с природой, — добавил Санфар, — Только причём тут природа и помещение?
Сумеречник молчал, загадочно скалясь. Вампир прищурился, пытаясь оценить возможности пирамидки. Довольно быстро его лицо разгладилось.
— Ну? — ткнула его в бок Лена, — Ну же…
Тшех'ка промолчал. Гельдр не был магом-артефактником, но, как и все драконы, неплохо распознавал вложенные структуры, хотя с истинным назначением мог и запутаться.
— Мышь летучая, у тебя же специализация по артефактам. Или ты думаешь, что я не помню, на скольких факультетах ты учишься?
— Лен…, — вампир умоляюще взглянул девушке в глаза и сдался, — Воздушный артефакт, созданный для поддержания определённого климата в зале или комнате. У нас в империи их применяют довольно широко. Летом жарко, а за счет такой пирамидки будет поддерживаться температура и свежесть, как после хорошего ливня, например. Только у нас не в пирамиду плетение заключается, а в тетраэдр. Три распыляющие грани, а не четыре. Хотя, конечно, узор с зарядкой можно и в шар засунуть, это не принципиально.
Санфар нахмурился. Не узнать обычный климат-тек, просто помещённый в другую форму— ужас. Или слишком заучился, или наоборот чересчур расслабился.
— Если это обычный температурный артефакт, то чего мы в зал стихийников пришли? — удивилась Лена.
— А чтоб с толку сбить. Вдруг я что-то боевое принёс или опасное, — оскалился в улыбке Гримэр.
На самом деле он хотел предложить для изучения и проверки совсем другое, но в последний момент передумал и не стал рисковать.
Поздним вечером, когда совсем стемнело, и все адепты разошлись по своим спальням, Лена всё-таки надумала задать один вопрос, который её давно мучил. Она переодевалась, а сумеречник сидел на диване, как всегда бесстрастно её разглядывая.
— Грим, а ты когда-нибудь любил? По-настоящему, чтобы сердце замирало. Или может тебе здесь какая-нибудь девушка нравится? Я не стану тебе мешать и дёргать по пустякам.
— Не любил, а люблю. И готов сделать для неё всё, что угодно.
Девушка резко повернулась и пошатнулась от неожиданности. Перед ней, почти вплотную, стоял мужчина с каштановыми волосами и ледяным искристым взглядом
— Наверное, ты меня не понял, — она положила руки ему на грудь, — Я совсем о другом, ведь здесь столько красивых девушек, а ты всё время со мной, почти не отходишь. Мне кажется, что из-за меня ты не можешь стать счастливым.
— Нет, Лена, — почти прошептал Гримэр, беря её руки и нежно целуя их, — Госпожа у моего сердца только одна, и ты хорошо это знаешь. Это навсегда.
Он коротко поклонился и вышел из комнаты, на ходу преобразовываясь в привычный образ л'Эста.
— Ну, зачем я вообще завела этот разговор? — девушка плюхнулась на кровать и откинулась на подушку. Подумав, щёлкнула по серёжке связи, — Толька, змея подколодная, подъём! Мне поговорить не с кем, а ты всё дрыхнешь.
— Чего тебе, красавица? — немножко сварливый голос Хранительницы знаний неприятно зазудел в ухе.
— Что у меня с Гримэром происходит? Он какой-то странный. Здесь столько девушек, а он только на меня смотрит и руки целует.
— Все, кто с тобой пообщаются, странными становятся. Чего ж ты удивляешься?
— Почему он себе нормальную девушку найти не хочет? Я просто не понимаю.
— А как ты себе представляешь лысого, острозубого сумеречного мага в объятьях красотки? Или ледяного лорда, ухлёстывающего за леди? Девушка при этом должна от счастья млеть, которое к ней подкатилось, или в обмороке валяться? Никогда не думала, почему он именно эту ипостась использует? Жуткую и отталкивающую, причём для всех, даже мужчин при взгляде на него коробить начинает.