Санфар протянул ей руку.
— Без рук, пожалуйста, — адептка нарочито отшатнулась, — Я сама, сама пойду.
Через час они сидели в небольшой придорожной корчме за пределами города.
— О чём ты хотел со мной поговорить? — утолив голод, спросила девушка.
— Почему ты так защищаешь л'Эста и игнорируешь моего друга?
— Тебе по пунктам разложить или в общих чертах описать? — адептка вопросительно приподняла брови.
— Да как хочешь, — демона раздирало любопытство.
— Гримэр помогает мне и ничего не требует взамен, — чуть помолчав, объяснила Лена, — То, что вы увидели утром — это была моя инициатива. Надеялась, что твой друг психанет, посчитав меня развращённой и легкомысленной, и отцепится. Оказалось, что это была не самая лучшая придумка.
— А вот с этого места у меня есть дополнительный вопрос. Кинжал был отравлен, я сам его потом осмотрел. Причем четырьмя сильнейшими ядами. А они практически никак не подействовали на раненого. Что о таком раскладе дела скажешь? — Санфар забарабанил пальцами по столу.
— Санфар! Ты — бестолочь!
У демона брови полезли на лоб от такого обращения. К нему, принцу наследнику обратились так беспардонно и запросто.
— Почитай о л'Эста. Они столько экспериментов проводили, и в первую очередь на себе. Почему у сумеречника такой облик? Результат генетических мутаций и испытаний различными ядами. И ты думаешь, что его можно так просто отравить? Думаю, что они прошли через такое количество веществ, многие из которых тебе просто и не снились.
— Точно! Я — бестолочь. Сам же читал хроники и просто упустил эти моменты из виду. И ты абсолютно в нём уверена?
— Я чувствую истинное ко мне отношение. Причем не мимолётное, а основное. Охотники относятся ко мне, как к сестре. Имхап — скорее, как дядя или наставник, очень хороший и верный друг. Даже, когда меня ранили на учебном поединке, и они все дружно меня раздевали и лапали, обрабатывая рану, в их чувствах была горечь сожаления о случившемся и не более. У тебя есть младшие сёстры?
Вопрос застал принца врасплох.
— Есть! Целых три. Уже совсем красавицы стали, скоро женихов подыскивать надо будет, — мечтательно улыбнулся Санфар, вспоминая неугомонных красноволосых девчонок.
— Ты же, скорее всего, видел их раздетыми? Возникает чисто мужское влечение при взгляде на их обнаженные тела?
— Да ты что? Они же сёстры! Хотя ты права, — моментально остыв, сказал демон, — А твое явное неприятие Тшех'ка тогда с чем связано?
— Он слишком привык получать всё, что захочет. Идет напролом, не считаясь с мыслями и чувствами других по этому поводу. К тому же наследник! А это означает, что он порезвится и сделает потом мне или какой другой девушке ручкой. Супругу придется выбирать соответственно статусу и положению, а также из всяческих других разных мотивов. А там и политика, и дипломатия, и соответствующие взаимовыгодные договорённости между государствами и империями.
— А если одобрит его семья? И с радостью примут тебя к себе. — Санфар подозрительно прищурился. Девчонка понимала намного больше принца-вампира, умела строить предположения и делать из них правильные выводы. Это наводило на мысль, что не настолько уж у неё простонародное происхождение. Как-то не соответствует тому, что записано в документах при поступлении. Да и речь более приличествует благородной даме, если, конечно, опустить некоторые выражения.
— У меня совершенно нет желания войти в правящую семью! Туда — нельзя, сюда — нельзя. Миледи, шлейф этого платья должен быть по этикету на три локтя длиннее. Сейчас на балы не носят такие прически, — передразнила Лена, — Наушничанье, подглядыванье, постоянная слежка. Придворные, нечистые на руку. Лицемерие и неприкрытая лесть, с целью чего-нибудь выведать. И среди всего этого безобразия нужно быть образцом чести и достоинства для всех подданных. Даже дружеские связи основаны на взаимовыгодном сотрудничестве.
Демон оторопело взирал на неё, слушая этот монолог о дворцовых правилах.
— Хотя есть, конечно, и положительные моменты. Умение держать лицо в любой ситуации, например.
Девушка выдохлась, буквально огорошив наследника своей речью. Санфар молчал. Обо всем этом он постоянно слышал с детства. Да и наблюдал далеко не самые приглядные моменты придворной жизни. Слишком много запретов, условностей, и одновременно потрясающее двуличие и ханжество.
— Извини, — устало сказала Верли, — сама не понимаю, что на меня нашло.
— Ты права. Условности и ограничения во дворце самые жуткие. Может еще и поэтому все так рвутся в Академию, чтобы хоть немного вдохнуть свободы перед взрослой жизнью и обязанностями.
— Хочешь потанцевать? — вдруг спросил её демон.
— А тебе не противно будет танцевать с такой легкомысленной особой? — лукаво прищурилась девушка.
— Лена, несмотря на то, что я тоже сначала купился на ваш театр, у меня все-таки более разумный подход ко всему. Да и любые сведения привык перепроверять лично. Иногда они бывают слишком искажёнными. К тому же, если бы не пришлось так спешно уходить из твоей комнаты, я увидел бы то, что вы не успели учесть. Судя по хохоту, который слышало всё ваше жилое крыло, Синаэль-тан оказался более внимательным. Я могу подозревать в сговоре охотников, но не полуэльфа. Поэтому, идём.
Принц беззастенчиво сцапал её за руку и утащил в круг, где уже незатейливо топтались посетители корчмы.
Шли дни, недели. Лекции сменялись практикой. Каждое утро перед занятиями Гримэр и охотники гоняли Лену с оружием и без него. Гимнастика, растяжки, отработка акробатических навыков. И бесчисленные тренировки. Блоки, связки, мечи, кинжалы. А потом на лекцию или в лабораторию. Имхап больше не спускался к Лабиринту, ждал, когда начнутся каникулы, и можно будет под шумок продолжить исследования. Тшех'ка демонстративно кривился при виде Верли, больше не делая попыток к ней подойти. Санфар молча занял позицию наблюдателя и оттуда смотрел за развитием событий. О своей прогулке в корчму с Леной он не рассказал даже друзьям. Не стоило им знать то, что он самостоятельно пытается сделать выводы о том контингенте, который учится рядом с ними.